По сути, людям дали два месяца на то, чтобы избавиться от техники — продать, сдать на утилизацию или вывезти за пределы города. Причём государство даже подстраховалось субсидиями за быструю продажу, чтобы не создавать соблазн просто спрятать коптер понадёжнее и сделать вид, что его не существует. Вторичный рынок, как это обычно бывает при массовом исходе продавцов, тут же просел в цене — и я легко представляю эту картину: очередь у фирменного магазина DJI из людей, которые ещё вчера снимали закат с высоты птичьего полёта, а сегодня несут аппарат сдавать, пока не поздно.
Формально ужесточение выглядит логичным продолжением уже начатого процесса — продажу дронов в городе прекратили ещё в мае, полёты и раньше не были свободными. Но одно дело — постепенно закручивать гайки, и совсем другое — перейти от «нельзя летать» к «нельзя владеть». Это принципиально разные уровни запрета, и второй куда жёстче первого, потому что бьёт не по действию, а по самому факту обладания вещью.
Повод для такого решения, судя по всему, был вполне конкретный — трагический случай с лёгким самолётом, врезавшимся в небоскрёб. Пилот погиб, пострадали люди, и после подобного случая совершенно неудивительно, что власти начинают перестраховываться по максимуму, причём перестраховываться не точечно, а сразу для целого мегаполиса.
Что мне тут кажется по-настоящему показательным — так это то, что случилось это именно в Китае, то есть в стране, которая массовый гражданский дрон, собственно, и породила. DJI давно стала нарицательным именем для всей отрасли, а тут внутри собственной страны производителя город устраивает зачистку рынка практически под ноль. Причём объёмы производства, о которых идёт речь, вовсе не символические — счёт идёт на десятки миллиардов юаней и на миллионы зарегистрированных аппаратов. То есть под раздачу попадает не какая-то нишевая техника, а массовый бытовой гаджет, который многие успели воспринимать примерно как смартфон — купил, летаешь, снимаешь видео.
И вот здесь, мне кажется, кроется главный сигнал этой истории — не для владельцев дронов конкретно в Пекине, а для рынка в целом. Раньше регуляторы по всему миру реагировали на риски беспилотников довольно предсказуемо: регистрация, зонирование, запрет полётов вблизи аэропортов и государственных объектов. Пекин показал принципиально иную модель — проблемой объявляется не то, где и как летает аппарат, а сам факт его существования у частного лица. Если этот подход подхватят другие крупные города, привычная нам бытовая электроника рискует довольно быстро превратиться в категорию строго регулируемых летательных аппаратов, покупка которых будет сопровождаться примерно тем же набором бюрократии, что и владение, скажем, охотничьим оружием.
